Проекты:

Георги Господинов и его «Естественный роман»: презентация в России

(театральный микс)

Перевод Марии Ширяевой

Актеры, которые играют актеров, а одновременно и:

Донну Анну
Джокера (режиссера, директора труппы)
Сганареля
Каменного гостя
Эльвиру
Дон Жуана (D.J.)

Начало

Звучит D.J.-ремикс увертюры из оперы «Дон Жуан» Моцарта. Электронная фонограмма. Пустая сцена. Входит Сганарель, «техночувак». Пританцовывая, он направляется к первому телефону и начинает свой монолог, местами переходя на рэп. Каждый последующий актер также берет трубку одного из телефонов.

С: «Что бы ни говорил Аристотель да и вся философия с ним заодно, ничто в мире не сравниться с табаком... Это страсть всех порядочных людей, а кто живет без табака, тот, право, жить недостоин»...

II-ой актер: (поет) «Дон Джованннии...» (только начало арии Моцарта)

Актриса: В Севилье он родился. Город славный
Гранатами и женщинами. Тот
Бедняк, кто не был в нем, бедняк подавно.
Севилья лучшим городом слывет.

II-ой: «Дон Джованниии...»

С: «Но сударь, позволите ли вы мне тогда... сказать вам... ало, вы меня слышите...что меня отчасти смущает тот образ жизни, который вы ведете (Пауза. На другом конце провода ему отвечают, но ответная реплика не слышна). Очень даже хороший. Но вот, например, смотреть, как вы каждый месяц женитесь... Так-то оно так, я понимаю, а между тем, сударь, так смеяться над священным таинством и...».
 

Вторая актриса с рюкзачком на спине и со свистком: «Говорю тебе еще раз: небо накажет тебя, вероломный, за то зло, которое ты мне причинил, а если небо тебе ничуть не страшно, то страшись гнева оскорбленной женщины» (Дует в свисток. Музыка замолкает. Слышны лишь длинные гудки). Положил трубку, козел...
 

С: Положил трубку, козел... О, сейчас я ему выскажу всю правду в уши. «Мой господин, Дон Жуан, такой пакостник, какого еще и свет не видывал, забывшийся тип, собака, дьявол, варвар, еретик, который не верит ни в небо, ни в ад, ни в нечистую силу... настоящее животное, эпикурейская свинья. Собака, варвар, еретик, эпикурейская свинья...»

Вторая актриса: (Сганарелю) Он положил трубку, дурак. Или ты опять обкурился.

С: Скорее уж наоборот, донна. Эльвира или Анна?

Вторая актриса: Не имеет значения. Сганарель или Лепорелло? А может быть Лепорель или Сганарелло?

Сганарель: Я сам уже запутался. Интерпретации, интерпретации, интер...

Вторая актриса: (с иронией) Шекспир, Шекспир, Шекспир... Не стоит тебе углубляться в эти дебри. Всему свое время. (Выходят)

I

Холодное стерильное пространство. Телефонные кабины.

Строчки, бегущие по электронному табло: NONSMOKING WORLD, Брось сигарету всяк сюда входящий, Just do it, Немедленно скажи «Нет», Такой ты миру не нужен

Анна (Донна Анна) входит в кабину, кладет руку на аппарат и кабина включается

Голос: Вы находитесь в легальной кабине порока. Вами израсходовано 9 кредитов из 10. Остается последний. Вы можете истратить его на сигарету, на пип-шоу, эротический разговор, агрессивную исповедь с использованием политически некорректной лексики...

Анна: Сигарету, пожалуйста...

Слышен легкий щелчок, и из автомата выскакивает сигарета

Голос: Я связываю вас с вашим личным ди-джей-терапевтом, в соответствии с правилами, установленными Департаментом абсолютного счастья и внутреннего контроля. Напоминаю вам, что вы обязаны оставаться на связи все время, пока вы курите, и следовать его инструкциям.

щелчок переключателя, и механический голос сменяется другим, более теплым мужским голосом

D.J.: Здравствуйте! Я ваш личный ди-джей-терапевт. Кажется, это наша последняя встреча.
Анна: Если связь между двумя голосами можно назвать встречей....

D.J.: И последняя отпущенная вам сигарета. Странно, что все 10 кредитов вы истратили на сигареты. Есть и другие не менее стоящие пороки. Разве вы не испытываете страсти к мужчинам?

Анна: За десять кредитов всего не испытаешь. А разве вы обеспечиваете мужчинами? Предпочитаю остаться с дымом. Курение — это больше, чем простое закуривание сигареты. (пауза) Было больше... А вообще осталась хоть одна легальная страсть?

D.J.: Вы же знаете, согласно своду правил страсти являются нерентабельными как для отдельного индивида, так и...

Анна: Прошу вас.... это моя последняя сигарета, мне хотелось бы просто поговорить.

D.J.: Кроме того все зависит от ракурса. Можно предаться страсти к жизни без холестерина, тела без целюлита, страсти к миру без стрессов...

Анна: Настоящая страсть не исключает смерти, старения...

D.J.: Не стоит затрагивать эти темы, нас могут прервать.

Анна: Хорошо, хорошо... Вы знаете, все мужчины в моей жизни были связаны с курением. Раньше было можно. Я помню, как смешивался дым наших сигарет. Как будто они вели свой тайный разговор, флиртовали друг с другом, и мы просто следовали за дымом... С тех пор как мир стал nonsmoking, флирт исчез. Как в том навязчивом стихотворении, оно вам знакомо?
Как курильщик среди бросивших курить,
Как любовник среди бросивших любить...

D.J.: Нет, не знакомо. Я должен вам помочь адаптироваться к миру. Это ваш последний шанс...
Анна: Хватит. Этот дур.. (хочет сказать дурацкий, но сдерживается) мир без вкуса, запаха, без цвета, без дыма этого не стоит... Да и вы, кажется, по моей вине провалились как терапевт. Мне жаль...

D.J.: Запрещено употреблять слово «провал»

Анна: А мне можно сказать, что у вас красивый голос, почти...

D.J.: Простите?

Анна: Я хочу сказать, что привыкла к вашему голосу, чтобы не употребить запрещенного слова. Было приятно проговорить с вами все эти 9 сигарет. Вы мне напоминаете о прошлом, когда дым сигарет смешивался и...
D.J.: Нам надо сменить тему (короткая пауза)

Анна: У вас есть тело?

молчание

Анна: Вы ведь не какой-то там встроенный телефонный автоответчик, терапевт-автомат... Ведь вы не только голос, правда...

D.J.: Ваше время истекает

Анна: Я могу вас где-нибудь увидеть? Не в этой кабине, не в этом... Это вы...

Включается знакомый металлический голос: Ваше время истекло. Вы израсходовали все 10 кредитов на порок, отпущенных на эту жизнь. Другого шанса у вас нет, вам остается лишь стать частью этого счастливого нового мира. Департамент абсолютного счастья и внутреннего контроля желает вам успешной интеграции.

Она выходит из кабины, кажется ужасно расстроенной, садится на лавочку в стороне. Рядом с ней стоит женщина, будем называть ее Джокер

Джокер: «Сегодня сигареты, завтра — секс... через 3—4 года нам запретят даже улыбаться незнакомым». Кто-то нацарапал это в кабинке. Уже на следующий день эту надпись стерли. Последний кредит, да? Хотите закурить. (Анна бросает удивленный взгляд — курить за пределами кабины запрещено. Джокер отработанным жестом вынимает виртуальную пачку сигарет, распечатывает ее и протягивает Анне. Она, по-прежнему недоумевая, смотрит на пустые руки женщины, но понимает игру и включается в нее)

Джокер: Эти еще никто не смог запретить.

А. делает вид, будто берет сигарету. Д. тоже вытаскивает виртуальную сигарету, ритуальным жестом курильщика проводит ею под носом и разминает ее пальцами. Потом достает воображаемые спички. Одна спичка ломается, она бросает ее на землю. Зажигает вторую и подносит ее А., которая только тогда сует в рот невидимую сигарету.

Дж.: Я предпочитаю спички. Хотя всегда они и обжигают мне пальцы. Засматриваюсь на огонь и только тогда, когда обожгусь... (пускает воображаемую струю дыма)

А: (тоже закуривает) Спасибо. Что это за сигареты?

Дж: Да как назовешь. Для меня это DJ. Я только их и курю. (А. слегка закашливается) Они крепкие, сильно не затягивайся. Я давно промотала все милостиво отпущенные мне кредиты. Но все продолжаю сюда приходить и знаешь почему... Потому что это «порочное» место — единственный клочок земли, где можно встретить нормального, несчастного, разочарованного и грустного человека. Нигде больше таких не увидишь.

А.: (скорее сама с собой, пока «курит») Он был моим последним. Его голос... слегка уставший, сизый как дым... Как будто когда-то, очень давно, мы с ним вместе курили... (изображает гневно) «вы использовали свой последний шанс... адаптируйтесь... к новому миру». Засунь все это в мировую счастливую стерильную жо...
Рррррр включается сирена и металлический голос предупреждает: Использование нецензурных выражений, после второго предупреждения следует санкция!

А. приходит в себя и осматривается.

Дж.: Идемте, милочка, вокруг подслушивающие устройства. Делайте это как с сигаретами. Давайте ругаться вместе.

Вдвоем они открывают рот и отчетливо произносят слова без звука: Засунь все это в мировую счастливую стерильную жопу.

Переводят дух. Подслушивающее устройство их не обнаружило. Акция их сблизила

Дж.: Хотите пойти со мной? Мы это труппа актеров. Конечно, безработных. Знаете, ведь театр запрещен. Департамент счастья решил, что сцена якобы оскверняет этот прекрасный здравый мир. В старых пьесах курят и произносят непозволительные вещи. Смерть, прелюбодеяния, падения. Но мы продолжаем сходиться по вечерам. Пойдемте, пойдемте...

(затемнение)

II

А. А. А. (а)

Джокер и Анна подходят к трем «актерам» двум мужчинам и одной женщине, севшим в круг (если втроем они могут сесть в круг). Освещенное пространство, на заднем плане в полумраке телефоны.
К нам ведут зрителей, к нам ведут зрителей...

Зрителей! Только одного зрителя, да и на том спасибо...

Джокер: Ну и как поживает труппа?

Каменный гость: Если вы справляетесь о здоровье труппа труппы, он хорошо законсервирован, почти как живой, если только не считать легкого запаха от пяты Сганареля...

(Д. к Анне): «Дон Жуан» был последним нашим спектаклем. Мы все еще не хотим или уже не можем выйти из него.

Эльвира (иронично рапортует): ААА (а) — Ассоциация анонимных аутсайдеров, секция актеров, построена к вечерней репетиции...

Каменный гость: «Лучшие актеры в мире для представлений трагических, комических, исторических, пасторальных, пасторально-комических, историко-пасторальных, трагико-исторических, трагико-комико-историко-пасторальных, для неопределенных сцен и неограниченных поэм. У них и Сенека не слишком тяжел, и Плавт не слишком легок. Для писанных ролей и для свободных — это единственные люди, я же вам говорю».
Сганарель: «Боже ты мой! До чего складно все у вас получается! Словно наизусть выучили, говорите, будто по книжке!»

Каменный гость: Сганарель, будь собой только в пьесе. Совсем не обязательно все время быть глупым. Отступи немного, выйди из роли... Хорошо бы тебе прочитать на досуге всего «Гамлета». Сцена вторая, реплика Полония при встрече актеров...

Сганарель невольно отступает

К. Г. (новоприбывшей): Он мечтает когда-нибудь сыграть Гамлета, поэтому и зубрит только его реплики. Но, если хотите знать мое мнение, дальше Розенкранца ему не продвинуться. Или, если он очень постарается, роль Гильденстерна станет вершиной его карьеры.

С: Я просто цитировал Мольера. «Дон Жуан», явление второе, реплика Сганареля.

Джокер: Хватит! Перестаньте! (Донне Анне) Безработный актер хуже бездействующего солдата. У него на уме одни глупости. И ему... (Сганарель робко показывает средний палец)... так хочется играть, до невозможности. Увидели вас — и забылись. Дай им только опорного зрителя, и они перевернут весь мир вверх тормашками. Они готовы перескакивать с пьесы на пьесу и смешивать их как... как... (слышна подсказка: постмодернисты), микшировать их как... (слышна подсказка: ди-джеи), только чтобы вы остались с ними на полтора часа. Позвольте вам их представить, хотя они сами, поспешив, опередили меня. От последнего «Дон Жуана» остались лишь плащ, театральная шпага и имена. Итак.

(Указывает) Сганарель, мечтает сыграть Гамлета, но пока чередует свой образ с Лепорелло. Это верная Эльвира, когда нужно и Шарлота, Матюрина и прочие представители дамского общества. Это Командор, Статуя, Каменный гость.

К. Г. (каменным голосом): Дай руку мне.

Дж. (полушутя): Не стоит жать его каменную десницу, чтобы не исчезнуть в пламени и адском дыму... Я шучу. Поскольку его память — гранит, он декламирует и выучивает все наизусть, чаще всего он — суфлер. Статуя удобное прикрытие для подсказок. Вот, в общих чертах, и весь состав.

Анна: А ваша роль?

Дж.: Я играю режиссера, и директора труппы, и автора. Если нужно, то и какие-нибудь роли во втором составе. Поэтому меня и зовут Джокером.

Анна: А сам Дон Жуан?

Дж.: Он от нас ушел. Я слышала, что он в какой-то из кабин порока, напутствует в целомудрии по телефону, подписывается только инициалами. Тайком же наверняка числится альфонсом или мальчиком по вызову. Уж это он умел играть... Признаюсь, нам его не хватает. Но как такого удержишь, раз ни одной из женщин это не удалось?

Сганарель (выждал удобный момент, чтобы вставить из «Гамлета»): Непостоянство, Дон Жуан вам имя. У нас есть и другая информация о нем, только вот сейчас неподходящий для этого момент.

Дж. (строго): Сганарель, заткнись! (другим тоном к Анне) Но представьтесь и вы.

Анна: Меня зовут Анна.

Все: Донна Анна?!

Дж.: Ведь вы согласны, чтобы мы вас так называли?

Анна соглашается, делая реверанс

Назад     Наверх